«Саботаж государственной политики в сфере образования». Преподаватель БГУИР показал выписку с зарплатой в 87 рублей

Старший преподаватель кафедры ПОИТ БГУИР Дмитрий Оношко выложил открытое обращение к Лукашенко.

В обращении он рассказывает, как вследствие конфликта руководство ВУЗа пыталось выжить его из университета.

В основе конфликта — подмеченные Оношко нарушения администрацией заведения законодательства, в частности предоставление «особых условий» аттестации отдельным студентам, вопреки Кодексу об образовании, факты коррупции внутри университета.

Самому Оношко за его позицию объявляли выговор, после уволили по истечении контракта, однако из-за нехватки кадров все-таки позволили продолжить преподавание, но на новых «унизительных» условиях — с зарплатой в 87 рублей за ноябрь 2025 года. Выписку с банковского счета с такой суммой преподаватель продемонстрировал в видео.

О конфликтной ситуации и возникших последствиях он сообщал в Минобразования, прокуратуру и Верховный суд, однако не получил удовлетворительного ответа.

Очевидно, доведенный до отчаяния, Оношко обращается в администрацию Лукашенко и к нему лично, называя его «уважаемый Александр Григорьевич».

Интересно, что в своем обращении, описывая личные наблюдения и опыт, преподаватель указывает на очевидные проблемы в системе образования в целом. Приводим несколько цитат:

— Нет претензий у ректора БГУИР к ситуации, когда один из проректоров, принимая экзамен сразу в двух группах, это примерно 50-60 человек, справляется с этой задачей за 50 минут. С учетом требований правил аттестации, это означает, вдумайтесь, примерно 30 секунд на человека. И речь идет о специальности медицинская электроника.

— По окончании срока действия контракта мне выдали трудовую книжку. Но возникла загвоздка. Дело в том, что на специальности, для которой наша кафедра является выпускающей, дисциплины, закрепленные за мной на протяжении последних 10 лет, это основные профильные дисциплины первых трех семестров из семи.

То есть почти половина времени подготовки специалистов — моя зона ответственности. И, конечно, найти замену крайне проблематично, если вообще возможно в нынешних условиях.

— В зимнюю сессию ко мне стали подходить старшекурсники и задавать вопрос, а что будет дальше, потому что, исходя из состава преподавателей, назначенных на следующий семестр по моим дисциплинам, похоже, в ближайшую летнюю сессию мои первокурсники будут проходить аттестацию вырезанием снежинок.

При этом радикально меняется содержание дисциплин. Преемственность дисциплин, которая была выстроена на специальности, ломается. Междисциплинарные связи между моими дисциплинами и дисциплинами моих коллег, которые я годами настраивал, чтобы это давало классный результат, чтобы все работало на подготовку грамотного специалиста, уничтожаются.

Свою готовность работать со мной в следующем семестре выражали и другие кафедры, но их даже не стали слушать.

— На республиканском педсовете в 2024 году вы, Александр Григорьевич, сказали нам, учителям и преподавателям, что нам не нужно ничего бояться в своей стране. Но все, о чем я рассказываю, происходит только потому, что преподаватель посмел жить и работать по законам своей страны и защищать себя законными способами.

— В этом году мне выдалась возможность проверить одну свою гипотезу, когда я задал студентам простой вопрос: не называя имен, сможете сходу назвать хотя бы пять преподавателей из тех, которые с вами работали три семестра, кто объективно просто просиживает штаны, отбывает номер?

Это были группы разных факультетов, но реакция абсолютно одинаковая — обязательно кто-то из студентов спрашивал: «А что, только пять нужно назвать?»

То есть если посчитать всех их преподавателей, это примерно 50, каждый студент с легкостью назовет минимум пять, которые просиживают штаны, то есть больше 10%.

Но даже им огромная благодарность за то, что они есть, потому что благодаря им сохраняется хоть какое-то подобие образовательного процесса. И когда я спрашиваю после этого у студентов, кто из вас планирует по окончании вуза остаться, хотя бы на четверть ставки и преподавать — в ответ ни одной руки.

— В этом году, по моей информации, только на нашей кафедры на три десятка человек — минус три преподавателя, которые ушли в поисках лучшей доли. Сменяется заведующий кафедрой.

У нас уже были ситуации, когда на технической специальности технические дисциплины вели кандидаты биологических наук. Новая заведующая кафедры — кандидат экономических наук.

И это не потому, что у нас нет кандидатов технических наук, чтобы возглавить кафедру, а потому что, как говорят в народе, «няма дурных» идти на такую должность, где сверху будут заставлять творить вот это, а собственные подчиненные будут смотреть косо.

— Я долго подбирал слова, чтобы кратко охарактеризовать то, что происходит сейчас в БГУИР, и не нахожу более точных слов, чем «саботаж государственной политики в сфере образования».

Вы, Александр Григорьевич, часто говорите: «Дайте мне экономику, и все остальное будет». Я хочу напомнить, те, кого мы сегодня готовим и выпускаем, это люди, которые через 5-10 лет будут основной движущей силой этой экономики, через 10-15 лет они начнут занимать руководящие должности и определять направление ее движения.

— Обращаясь к вам, я делаю то, чего не имею права не делать. Это моя родная специальность, моя родная кафедра, моя Альма-матер. Я дома, но в мой дом приходят какие-то странные люди, начинают обрывать обои, гадить по углам, ломать мебель.

А когда я пытаюсь делать им замечание, то, как говорят в народе, отправляют меня с хаты на мороз. В свое время я осознанно принимал решение о том, чтобы стать преподавателем.

Я понимал, что при этом потеряю в заработке, но мысль о том, что при этом я смогу быть более полезным обществу, чем просто самостоятельно пользоваться своими знаниями и умениями, ни с кем ими не делясь, перевешивала.

Преподаватель Оношко просит Лукашенко «взять под личный контроль» происходящее в БГУИР, «обеспечить, наконец, проверки по всем изложенным фактам и вернуть студентам преподавателя».