Военный эксперт: Главная цель России — даже не победа над ВСУ, а создание пораженческих настроений у украинцев

— Во-первых, массированный обстрел Украины Россией 15 ноября — это ответ на деоккупацию Херсона, колоссальнейшее поражение по политическим и военным последствиям на правобережном плацдарме, когда российские войска были вынуждены уйти оттуда, — говорит Юрий Федоров в интервью Популярной политике. — В ответ на это, как это часто бывает, кремлевский режим наносит удары по гражданским целям, населению, жилым кварталам и объектам критической инфраструктуры.

Думаю, в российском командовании сидят люди, которые понимают, что ракеты неточные. Наверное, их нацеливают на какие-то серьезные объекты, будь то военные или экономические цели, но при этом идет расчет на то, что если ракета не попадет, допустим, в электростанцию, а попадет в жилой в дом, все равно будет какой-то эффект.

А эффект, который стремятся добиться российские военные, достаточно прост. Это представление России как мощной, безжалостной и бесчеловечной, которая давит все на своем пути. Если в массовом сознании украинцев возникнет такой образ России: силы, с которой невозможно бороться и которая все сминает. Так и распространяются пораженческие настроения.

Инициированием такого настроения — и есть сейчас главная цель России. Даже не борьба с ВСУ, а формирование комплекса пораженческого синдрома.

Эксперт считает, о переговорах между Россией и Украиной сейчас говорить рано.

— Примерно понятны позиции российского руководства: они сводятся к тому, чтобы с минимальными территориальными или военными уступками сохранить за собой оккупированные территории. Тогда как позиция Украины полностью обратная. В пунктах Зеленского говорится о выводе войск и обеспечении территориальной целости Украины в границах 1991 года.

Возникает вопрос, для чего садиться за стол переговоров, если по центральному вопросу согласия нет. При этом можно заметить, что в последнее время в одном вопросе позиция Украины изменилась. От президента Зеленского больше не звучит требования, что переговоры возможны только когда Путин будет отстранен от власти. То есть это переход на более реалистичный взгляд на вещи, — заключает Юрий Федоров.