Ворихова: «Молодежь говорит: «Я не доверяю режиму, не могу на него повлиять, поэтому буду вкладываться в себя»

В 2025 году Беларуский национальный молодежный совет «РАДА» провел социологическое исследование, чтобы разобраться в интересах, проблемах и возможностях молодежи внутри страны. Была опрошена почти тысяча молодых людей от 18 до 34 лет. 

— По сравнению с опросом, который мы проводили в 2022 году, этот выглядит гораздо более оптимистично, так как в нем больше проявлений индивидуализма и расчета на самих себя, — проанализировала Маргарита Ворихова итоги опроса на Обычном утре. — Молодежь перестала полагаться на государство в обеспечении своей жизни и стала больше рассчитывать на себя, на свои навыки, на свой характер, на свое саморазвитие.

Они инвестируют в самообразование и считают, что их главный ресурс — это они сами.

В 2022 году только 30% молодых людей говорили, что они хотят остаться в Беларуси. В этом году таких 62%. То есть возрос процент людей, которые видят свое будущее в Беларуси.

Это связано и с тем, что нормализовалось понимание ситуации, отношение к тому, что происходит вокруг. Текущая экономическая и политическая ситуация для них стали нормой, они живут в существующих реалиях и больше не строят себе воздушные замки насчет того, каким может быть потенциальное будущее.

Просто пытаются ориентироваться в том, что есть сейчас. По-моему, это и приводит к тому, что они думают: а что я могу сделать здесь и сейчас для себя, а не к тому, как мне уехать.

Молодые люди чувствуют себя сейчас в Беларуси более комфортно, чем раньше, и связывают это с нормализацией. Нет, мы не возвращаемся к нормальности, которая была в 2019 году или раньше, они считают нормальной для себя текущую ситуацию.

Это, как мне кажется, натурально для молодых людей, которые вынуждены, к сожалению, приспосабливаться к текущим условиям и никак не могут повлиять, например, на войну или на экономическую ситуацию, поэтому вынуждены себя искать в этой нормальности.

Ворихова отмечает аполитичность молодежи внутри страны и объясняет, с чем это связано.

— Политика их не интересует. И главный фактор здесь заключается в том, что молодые люди не чувствуют, что могут повлиять на эту политику.

Когда у них спрашивают о том, какие вы видите механизмы влияния на политическую ситуацию, сначала они отмечают не выборы, не участие в гражданской деятельности, не включение в какие-то парламентские инициативы, которые создаются режимом.

Первым фактором они видят себя. Они говорят: «Я буду вкладываться в свое образование, в свое развитие и этим смогу изменить эту нормальность».

Кроме того очень сильно изменилась ситуация для молодежи на рынке труда. Если раньше мы говорили про то, что молодым людям тяжело искать работу, то за последние годы эмигрировало огромное количество образованного, профессионального, опытного населения, которое оставило за собой, по сути, дыру на рынке рабочих мест.

Кем ее заполнять? Теми, кто обучаем, более-менее лоялен и готов вкладываться в себя и развиваться. Поэтому у молодых людей сейчас большие возможности в том, чтобы найти работу, получить нормальную зарплату.

А работодатели борются за то, чтобы молодые сотрудники у них оставались, так как рабочей силы все равно не хватает. В итоге молодежь в целом очень даже неплохо себя чувствует.

Советница по молодежной политике говорит и о том, что молодых людей в стране не интересуют гражданские инициативы, предлагаемые режимом.

— Нет доверия к государству и нет доверия к тем механизмам, которые создаются для молодежи, чтобы они как-то принимали участие в процессе принятия решений.

Второй по популярности ответ — ни на что не могу повлиять. Что остается делать? Остается влиять на жизнь своих близких и друзей и на качество своей жизни.

То есть молодые люди не имеют большого доверия к государству и к тому, что они пытаются создать вот этими идеологическими какими-то группами, молодежным парламентом, молодежными организациями.

Сформировалось еще в 2020 году понимание необходимости помогать тем, кто находится рядом с тобой, вкладываться в это. И вот это волонтерское движение, которое в том числе повлияло на то, что случился 2020 год, сохраняется в такой форме поддержки и помощи знакомым, поддержки и помощи тем, кто рядом, тем, кто в этом нуждается.  

И я надеюсь, что эта черта будет сохраняться и дальше, и этот дух беларуской взаимопомощи будет поддерживаться.

При этом БРСМ отмечали как одну из организаций, которую больше всех знают, потому что она все-таки имеет доступ к государственному пиару: их везде показывают, везде пропагандируют, во всех структурах.

Но вопрос в том, доверяют ли ей? На самом деле БРСМ не воспринимается как организация гражданского общества, потому что это прогосударственная организация, в которой молодежь не видит никакого бенефита, кроме того, что они попадут под «санкции» за неучастие, например, школа не выдаст диплом или не смогут поступить в университет, найти работу.

Молодые люди говорят про БРСМ, что это патриотичная беларуская режимная организация, к которой нет доверия, частью которой быть смешно. Но при этом, мы понимаем, что это единственная доступная форма участия.

И иногда все-таки есть внутри даже у БРСМа инициативы, которые отмечаются как позитивные, например, волонтерство в центрах поддержки животных, поездки в детские деревни, какая-то более практическая помощь, где люди чувствуют, что они полезные и что являются частью какой-то хорошей цели, а не идеологической структуры.

Но вот это все с флажочками, с какими-то плакатиками, бантиками, галстуками воспринимается очень негативно. И никакого бенефита от того, что Лукашенко объявил новую какую-то идеологическую программу, направленную на молодежь, они не видят.

То есть сейчас мы видим поколение, которое говорит: «Я не доверяю государству, не доверяю режиму, не могу на него повлиять, поэтому буду вкладываться в себя».

Это будет индивидуалистское, независимое поколение, не доверяющее государству, но, скорее всего, когда появятся механизмы, нам останется только обучить этих молодых людей, которые уже верят в себя больше, чем в государство, тому, как влиять на государство.