Роднянский: «Любая страна стремится объявить «своими» как можно большее число талантливых людей»

— В Киеве демонтировали памятник Булгакову. Инициаторы сноса утверждают, что знаменитый киевский писатель был «украинофобом» и дискредитировал в своем творчестве украинское национальное движение, — пишет Александр Роднянский.

Не хочу об этом спорить. Напишу о другом.

Ясно, что во время войны с Россией в Украине окончательно победила позиция тех, кто считает, что украинская национальная идентичность может сохраниться только при условии жесткой украинизации (языковой, медийной, культурной, исторической, религиозной).

Тех, кто настаивает на том, что нужно строить свою украинскую культуру, «перепрошивая базовые настройки» населения страны.

Но снос памятника Булгакову является частью значительно более общей и важной дискуссии – как должна современная Украина относиться к деятелям своего прошлого, которые, будучи рожденными в Украине, при этом:

• либо писали по-русски (как Гоголь или Булгаков),
• либо считали себя русскими, не признавая существование отдельной украинской нации (как Игорь Сикорский),
• либо стали выдающимися учеными в Москве, с Украиной себя не идентифицируя (как Сергей Королев),
• либо создавали по-украински откровенно пропагандистские произведения (как автор «Песни о Сталине» Максим Рыльский или автор многочисленных стихов о Ленине Павло Тычина)?

Как относиться к лауреату Сталинских и Ленинских премий Александру Довженко, который снял знаменитый фильм «Щорс», где в максимально карикатурной форме изображена УНР и в героической – Красная армия?

В сравнении со «Щорсом» и другими произведениями указанных выше авторов «Белая гвардия» Булгакова выглядит нейтральным историческим повествованием.

А сам Булгаков, явно не обласканный советской властью, в отличие от десятков известных украинских писателей (от Бажана до Гончара, от Павлычко до Стельмаха), — настоящим диссидентом. 

Претензии можно предъявить к кому угодно, особенно применяя мерки нынешнего времени и нормы Уголовного кодекса Украины 2026 года.

Но зачем?

Любая страна стремится объявить «своими» как можно большее число талантливых людей, преумножая свой символический исторический капитал.

Почему бы не оставить решение этих болезненных вопросов нашим детям и внукам на «потом» — в более спокойные времена?